Купить этот сайт
Главы 19 - 30 Печать
Автор: Жерар де Фрашет   

XIX. О силе его слов и деяний.

Неоднократно наблюдая, как брат Бертран горько скорбит при воспоминании о своих грехах, святой Доминик запретил ему столько плакать о собственных проступках, вместо того велев оплакивать нераскаянные грехи других людей. Слова его были столь действенны, что с того часа брат Бертран обильно проливал слезы о других, но о себе не мог плакать, даже если хотел.

Некий скупой ростовщик, притворявшийся праведником, попросил причастия из его рук. Преблаженный отец дал ему причастие, но Святые Дары начали словно бы жечь ростовщику небо, как раскаленный уголь – так в древности огонь не тронул трех отроков, но обжигал нечестивых халдеев. Глубоко проникнувшись сим знамением, грешник раскаялся и вернул всю неправедно добытую прибыль.

Глава XX. Об умножении хлеба.

Брат Регинальд,([i]) муж великой веры, некогда назначенный папским пенитенциарием, а после ставший архиепископом Армага, рассказывает, что ему случилось быть в Болонье, когда прокуратор монастыря явился к нашему святому отцу и сообщил, что на трапезу для всей большой общины у него осталось только два хлеба. Тогда сей верный подражатель Христа взял два хлеба и поломал их на части; а потом, положившись на Господа, который «близок ко всем призывающим Его и насыщает все живущее по благоволению»,[1] благословил их знамением нашего искупления и велел брату, разносившему еду, раздать по два-три куска каждому едоку. Когда же брат обошел всю трапезную, раздавая хлеб, и все равно оставался избыток, он оделил братьев по второму и даже по третьему разу – и все равно от малости, что была в начале, еще в изобилии имелось, что раздать. О, есть ли тут воистину нужда в словах? Брат продолжал разносить пищу по столам, пока весь монастырь не насытился, и все равно осталось на завтра: Господь подал хлеба больше, чем люди смогли потребить.

Глава XXI. О том, как он увидел ангелов, охраняющих братьев.

Житель Болоньи, правовед по роду занятий, вступил в Орден – но его мирские друзья и родичи решили вернуть его в мир силой и с оружием явились к обители. Братья, боясь вторжения, хотели позвать солдат, чтобы те охраняли монастырь; однако блаженный отец успокоил их, сказав: «Нам не нужна людская защита, потому что в этот самый миг я вижу более двух сотен ангелов, ополчившихся вокруг церкви и монастыря: их послали защищать нас». В то же время нападавших внезапно одолел панический страх, и они отступили в смятении; новиций же, воспрянув сердцем, остался в Ордене. ([ii])

Глава XXII. О том, как он исцелил одержимого чревоугодника.

Один болонский брат, обязанностью которого было ухаживать за больными, повадился то и дело без разрешения доедать оставшуюся за ними пищу. Как-то вечером он предавался этому занятию, и в него вошел дьявол, заставляя чревоугодника ужасно вопить и рычать. Святой отец явился к нему среди прочих братьев, поспешивших на помощь; сострадая одержимому, он велел дьяволу отвечать, по каковой причине он вошел в тело брата. Демон сказал: "Я обладаю им, потому что он совершенно того заслуживает; ведь вопреки вашим конституциям и без позволения этот несчастный взял в обычай доедать мясо, оставшееся от трапезы больных". Услышав это, любящий отец ответил: "А я властью, данной мне Господом нашим Иисусом Христом, разрешаю его от этого греха и во имя того же Иисуса приказываю тебе выйти и не мучить его более". На чем брат тотчас же был освобожден от мучителя. ([iii])

Глава ХXIII. О его сострадании грешникам.

Столь чудесным было его нежное сострадание, когда дело касалось людских грехов и несчастий, что подходя к какому-либо городу или селению и завидев еще издалека его крыши, он мог разразиться слезами при мысли о страданиях людей, о грехах, которые совершают несчастные, о многочисленных душах, идущих прямиком в преисподнюю. Если случалось так, что после утомительной дороги он должен был остановиться на ночь в доме, полном мирян, он сперва досыта пил из какого-нибудь источника по дороге, не желая на людях привлекать к себе внимания жадным утолением жажды после трудного пешего пути. Этого он всегда стремился избегать - не только в питье, но и во всем прочем.

Глава XXIV. О его духе отрешенности.

Сердце его было столь сосредоточено на Боге, что он постоянно пребывал отрешенным от всего мирского, не только от богатств во всех смыслах слова, но даже и в вещах скромных и бедных ограничивая себя до крайности, что было видно по его книгам, одежде, поясу, обуви, ножу (который он носил лишь изредка) и тому подобному: все эти предметы у него были как можно более простыми и бедными, ибо он избегал всего причудливого и чересчур привлекательного.

Глава XXV. О его обучении по книге любви.

Некий священник, услышав его красноречивую и весьма ученую проповедь на тему Писания, осмелился спросить, по каким книгам он по преимуществу учился. Человек Божий отвечал, что более всех других изучал книгу любви: и выбор его был наилучшим, ибо в ней одной содержатся все надобные наставления.

Глава XXVI. О том, как благоухание его руки победило похоть.

Один болонский студент имел неодолимую склонность к плотским грехам, и хотя постоянно в них исповедовался, всякий раз снова впадал в тот же грех. Наконец он отчаялся и решил, что обуздать свои страсти – невыполнимая задача. Однажды святой Доминик совершал литургию в нашей монастырской церкви, и помянутый студент явился туда, желая прослушать мессу и проповедь. Во время оффретория он вместе с прочими отправился предложить свой дар. Подавая пожертвование, юноша поцеловал руку святого – и тут почувствовал исходящий от нее прекрасный аромат, подобного которому он никогда не встречал. Это воистину был чудодейственный запах, и еще более чудесным оказалось его действие, потому что в тот миг студент почувствовал, как всяческое напряжение оставляет его плоть, на которую изливается дар воздержания; и то, что доселе казалось невозможным, навсегда сделалось простым и естественным. Воистину, и подобало благоуханию девственной руки изгнать зловоние похоти.

Глава XXVII. О том, как он предсказал собственную смерть.([iv])

Незадолго до смерти нашего святого отца болонский студент по имени Альфред слышал из его уст пророчество о его собственной смерти. Блаженный Доминик навещал тогда неких мирян, приходившихся ему близкими друзьями; а в их доме проживал помянутый студент. Перед тем, как покинуть дом, святой предрек несколько событий, в том числе и свою скорую смерть, желая таковыми словами пробудить в друзьях память смертную и презрение к мирскому. Вот его слова: «Сейчас вы видите меня живым и в добром здравии, но еще до праздника Успения Пресвятой Девы я буду взят из этого мира». Вскоре его пророчество сбылось, так как он отошел ко Господу незадолго до торжества Успения, после чего студент и его товарищи поведали нашим братьям о предсказании святого.

Глава XXVIII. О том, как он после смерти призвал за собой товарища.

Когда его тело было положено в церкви и братья горько оплакивали свою потерю, брат Альберт блаженной памяти, один из ближайших друзей нашего святого отца, некогда бывший приором Св. Екатерины в Болонье, среди всеобщих слез и стенаний внезапно прекратил плакать и сделался очень радостен. Потом, скорбя и тревожась о собственной участи, он снова приблизился к телу и покрыл его поцелуями, и не отходил от усопшего до тех пор, пока будто бы не получил от него некоего ответа. Тогда, весело поднявшись на ноги, брат Альберт обратился к приору наших братьев: «Добрые вести, отче приор: магистр Доминик ответил на мое объятие и говорит мне, что не пройдет и года, как я последую за ним во Христе». Время доказало правоту его слов: брат Альберт и впрямь умер в том же самом году.

Глава XXIX. О том, как его видели во славе.

Одному благочестивому школяру, слышавшему о его смерти, не случилось в день погребения святого быть в городе. На следующую ночь он увидел отца нашего Доминика во сне восседающим на троне в церкви святого Николая, облеченным в невыразимую славу и величие. «Не магистр ли ты Доминик, который умер только вчера?» - вопросил школяр. «Сын, - отвечал святой, - я не умер; ведь у меня есть добрый Господин, с которым я живу». На следующее утро юноша явился в нашу церковь и обнаружил, что святой похоронен ровно на том месте, где у него во сне восседал во славе; школяр же прошлой ночью не знал этого и не мог знать.

Глава XXX. Об избавлении одержимого на его могиле.

Брат Шаберт Савойский,([v]) одаренный и деятельный проповедник, прославленный по смерти многими чудесами, был в то время студентом в Болонье и на следующий день после погребения святого Доминика в числе прочих очевидцев присутствовал при том, как к гробнице святого привели одержимого человека. Стоило тому ступить на порог церкви, как дьявол в нем начал завывать: «Чего ты хочешь от меня, Доминик?» И так многократно демон выкрикнул имя Доминика. Присутствующие наконец подвели безумца к самой гробнице, и там дьявол вышел из него.

Главы 31 - 39



[1] Пс. 144 (145).



[i] Ср. Quetif, стр. 104. Он был назначен архиепископом Армага Иннокентием IV в 1247 г. (Bull. Ord., стр. 256).

[ii] Событие произошло в 1220 г.

[iii] Событие произошло в 1219 г.

[iv] Святой Доминик умер в пятницу, 18.30, 6 августа (на торжество Преображения) 1221 г.

[v] Ср. Quetif, стр. 467.